Ложь

ПРОЛОГ

Сейчас, когда, говоря откровенно, уже поздно, я пишу эти строки, как последную и самую грустную главу своей книги — книги всей моей жизни; нет это не дневник и не исповедь (хотя некоторые в тайне считают меня неудачником), а просто, это видимо то единственное, что останется после меня, когда а забудусь в потоке мыслей и воспоминаний… и эта глава, в которой я описал лучшие дни своей жизни, точнее их завершение, и в которой я говорю, почему я имел возможность, но не выбрал жизнь обычного семейного человека, а предпочел, как агент, жизнь изгоя, возможно, откроет вам нечто большее.

[1]

Рассвет поймал меня, когда я подходил к метромосту — я шел от метро по набережной и как раз начал подниматься по крутым ступенькам вверх, когда небо на востоке просветлело, из серого стало голубым, и облака отлили золотым. В моей жизни это был первобытный золотой век — студент первого университета страны, сотрудник небольшой, но прогрессивной компании, симпатичный, общительный, и, главное, любимый, я шел с работы в общагу, с чувством сделанного дела. Голова моя гудела, как колокол, сознание грозило отрубится — все таки за последние двадцать часов, я не отрывался от монитора, и работал, работал, работал. Я знал, что мне предстоит много сделать, и пока я не сделаю, я не уйду, а потом, сделав, я приду в свой дом (когда долго живешь вне дома, то привыкаешь общежитие называть своим домом), высплюсь, а завтра днем ко мне придет она, и мы будем валяться и делать всякие глупости. Предостерегу вас — возможно я неправильно сориентировал свой внутренний мир, а кто-то может даже скажет, что я сам себе вру и так не бывает, но во главе стола [тогда] стояла не работа, не учеба, не карьера, и даже, не родители, а девушка. Мне безумно хотелось, чтобы она была рядом со мной — и мне удивительно хорошо удавалось сотворить себе идеальный образ, а потом сделать его смыслом своей жизни.

[2]

Как и следовало ожидать, дома меня никто не ждал — я живу в комнате на семнадцатом этаже главного здания МГУ с видом на московские крыши. Со мной вместе живет мой сокурсник Сергей Литвинов, который за последние два года, стал мне еще и большим другом. Небольшая комната с высоким потолком, прихожая, ванная, туалет, компьютер, стол, книги и мусор, везде где только можно — вот основные предметы нашей комнаты. Серега спит, его храп я слышу еще открывая дверь, но вот сюрприз, в прихожей я вижу женские босоножки. Вот так сюрприз — это не Маринины, и не Юлины. Разуваясь, прохожу в комнату, и что я вижу — Серега спит на своей кровати с какой-то незнакомой девушкой, на столе остатки пиршества, початая бутылка водки, нижнее белье по всей комнате, мои конспекты свалены мне под кровать, компьютер не выключен. Так… бесшумно выключаю компьютер, раскрываю свою кровать, стаскиваю с себя рубашку и выскальзываю в ванную. Вот блин Серега даёт!

Уже семь. Блин, какой это кайф оказаться дома — только теперь я понимаю, как я устал. Чувство удовлетворенности сдается перед чувством усталости и желанием спать. Струи теплой воды приятно расслабляют тело, (как же хочется спать) медленно намыливаю голову. Вдруг раздается стук в дверь — кого это принесло в такую рань, выключаю воду, прислушиваюсь:

— Ребята, откройте! — слышу за дверью Маринин голос.

Вот это попали! Серега привел к себе какую-то девушку, а тут Маринка решила к нему заглянуть с утра по раньше, видимо, перед тем, как идти на работу. Пулей кутаюсь к полотенце и вылетаю в прихожую, там натыкаюсь на Серегу — уже в трусах, но плохо соображая, он смотрит на дверь. «Девушка пришла ко мне» — шепчу я ему на ухо, кивая не его кровать, подбегаю к бутылке и полощу водкой горло, долго морщусь, но все же проглатываю эту гадость. Тем временем Серега открывает дверь.

— Здравствуй, милый! Ты спишь? Извини, я на секундочку… А что это у вас тут происходит?

— Да так, ничего, — пошатываясь и изображая пьяного, я в одном полотенце и с шампунем на голове прохожу мимо нее, обдавая её перегаром и скрываюсь в ванной.

— Витя, что с тобой?

— Ну загулял мальчик, — комментирует Серега.

— Как так загулял? А чьи это вещи в комнате. Юля у вас?

— Эээ, — многозначительно делаем мы оба, — ну, не совсем… — я делаю вид, что мне стыдно.

— Как это? — Марина заглядывает в комнату и видит весь этот беспорядок. Сейчас она обо всем догадается, я вижу как бледнеет Серега. — Девушка?… А почему на твоей кровати?

Пауза.

— Ну я вчера перепутал немного, — отвечаю я за него. Ты уж прости, так получилось.

— Как это — получилось? — Марина взволнована. Она не знает, верить ли или нет.

— Ну блин, мне пришлось спать на его кровати, — отвисает Серый.

Тут девушка на кровати потягивается, поднимается и спросони спрашивает:

— Сережа, что-то не так?

Марина в ужасе. Я почувствовал, как волосы у меня шевелятся, а шампунь капает на пол. Сережа, делает умоляющее лицо.

— Вера, все нормально! - Обращаюсь я к девушке на кровате, (интересно как её зовут?) - Просто к моему другу пришла в гости его невеста, и она смущена тем, что мы спали на его кровати. — Встреваю я, просто умоляя ее глазами — подыграй!

Видимо девушка еще не проснулась и театрально взмахнув руками, упала на кровать.

Марина обернулась к нам:

— Мальчики, что тут происходит. Я чувствую, что сейчас может пролиться невинная кровь.

Кровь допустим не такая уж и невинная, но проливаться ей явно не к чему:

— Ну ты прости, Марин, фигня вышла, я назвался его именем, мне так было удобнее. Я улыбаюсь, облокотившись о косяк.

— Это точно? — она подходит ко мне вплотную и смотрит в глаза. Я делаю пьяный взгляд, и медленно:

— Да. Конечно. Ты чего… — и удаляюсь в ванную, дальше мне тут делать нечего, пускай Серега сам разбирается. Домываясь, я слышу голоса в прихожей. Сережа что-то объясняет Марине, она соглашается, прощаются, Серега закрывает дверь.

[3]

— Она сказала, что больше не хочет тебя видеть.

— Как это?

— Она пришла сегодня днем, пока ты был в библиотеке и сказала, что ей Марина обо всем рассказала, и что она не хочет знать такого негодяя, и вообще не хочет меня слышать, хлопнула дверь и ушла. Оставила вот это. — На столе пачка компакт-дисков и книг.

— А что ни будь еще она сказала? — я чувствую холодок, какое-то отчуждение. Невозможно! Это происходит со мной? Это я сделал такую глупость? Девушка решила, что я изменил ей, сказав, что остался на работе, и решила со мной расстаться.

— Да, она сказала еще кое-что… но все обидное…

— Что именно?

— Лучше тебе не знать.

— Я хочу знать. — Тупо, но уперто.

— Ну я не помню, правда, чего ты хочешь от меня? Позвони ей, подари цветы, стихи напиши, своди куда ни будь. Правда, это будет лучший выход.

— А все же?

— Говорила что-то, что ты урод и бревно в кровати. Что с тобой не интересно, что ты эгоист и её не любишь. Что ты врешь.

— Так…

— Хочешь я с ней поговорю.

— А почему ты сразу ей все на сказал?

— Там Марина стояла в коридоре, и она могла услышать, вот я и испугался.

— Бред!

— Сам ты бред! Я не хочу с Мариной ссорится.

— Спасибо. — Я чуть не убил его.

[4]

Второй день подряд я плюю в потолок. По моему я пьян. И очень зол. Я пробовал поговорить с ней, но ничего не получается. Что и говори, наши отношения складывались не всегда удачно — как раз на этой неделе мы померились, и мне начало казаться, что жизнь прекрасна и я безумно люблю её. Сейчас же тупая боль, застряла где-то в груди и я не знаю, какими словами объяснить ей, что я не лгу.

Еще прежде, чем я поговорил с ней, Серега умотал с Мариной на выходные на дачу, к её родственникам, куда-то под Тверь. Мобильный там не берет и подтвердить мои слова он не может, да и что толку — она не стала бы и слушать. Я лежу на своей кровати, головой упершись в шкаф и изучаю побелку в совковом общежитии. Кругом — срач. Комната осталась в моем распоряжении на несколько дней и я её засрал. Может девушку привести? Лень. Откровенно — тошнит. Ничего не хочется. Когда я в последний раз ел? Ладно, хватит себя жалеть, давайте разберемся.

Кто я такой? Молодой, не уверенный, самоуверенный хам. Я не очень знаю, чего я хочу в этой жизни, и что полезного я могу сделать. Я впился, как вампир в девушку, которая мне очень нравится, и которой нравлюсь я. Мы общаемся уже довольно давно и наши отношения не раз заходили в тупик, и, казалось, выбраться нет сил. Ну это ладно, и с другими девушками тоже все было не просто. То есть сначала все чудесно, но потом, то ли мы перестаем дорожить друг другом, то ли мелкие недостатки начинают раздражать, то ли просто надоело, но чувства отмирают и опять, ты падаешь в этом снежном коме в яму из которой уже не встать.

Когда мы встретились с ней, я понял, что она не такая как все. Я помню, думал, какая чудесная девушка! Она никогда не будет моей, но я отдал бы жизнь, за мгновенье с ней. Когда мы стали близки, я был как пьяный, а потом, потом я понял что я люблю. Безумно Люблю. Это было чудесно и это было ужасно. Сейчас я понимаю, как это глупо звучит, но тогда, лежа на кровати, я не понимал, как в моей жизни может когда-нибудь еще появится другая девушка — сама эта мысль казалась мне невозможной. А что теперь? Теперь, чувства стали невыносимыми, постоянные скандалы, взаимные претензии и оскорбления. Все это вырывается на поверхность примерно раз в две недели, а в перерывах мы ведем мирный влюбленный образ жизни, и оба безумно довольны.

Сейчас я лежу на кровати и мне в голову приходит крамольная мысль. Я живу эту жизнь для себя, и я больше всего на свете люблю эту девушку, но наши отношения невозможны, ибо мои руки опускаются, когда мне говорят «Ты лжешь! Я не верю тебе!», и я не хочу продолжать, и хотя я бы всё отдал за рай с ней, я не продолжу ад, я найду в себе силы расстаться и на всю жизнь унести в себе память о ней.